Блог Ольги Гулиной

Воссоединение семьи или так называемая семейная миграция являются трендом в миграционных потоках зарубежных стран. Франция ежегодно прирастает новыми мигрантами, большая часть которых прибывает в страну по линии семейной миграции: около 50 % мигрантов прибывают по линии воссоедение с семьей; более 20 % - для работы и учебы и почти 25% - % по иным основаниям, предусмотренным во французском законе «о миграции и интеграции» . Порядка 65% новых мигрантов прибывают в США по линии воссоединения с семьей . При этом, свобода правового усмотрения при осуществлении миграционной политики зарубежных государств сочетается с индивидуальным принятием решения по каждому случаю воссоединения семьи.

 

Такая позиция приводит на практике к установлению жестких требований и критериев для мигрантов по линии воссоединения с семьей. В Испании закон о миграции (Ley de Extranjería) с изменениями и дополнениями от 2009 года, по сравнению с предыдущей редакцией 2002 года, ограничивает воссоединение семьи, запрещая воссоединение родителей/взрослых детей и особенно родителей по линии супругов (ст. 17-19 Закона). Бельгийский Парламент 15 сентября 2006 года, внес изменения в закон об иностранцах (Aliens Act) , установив, что во-первых, право на пребывание граждан третьих стран, желающих воссоединиться с членом семьи, проживающим в ЕС, может быть первоночально ограничено одним годом, либо в послелующем - до пяти лет (ст. 13, 15 Закона), во-вторых, иммиграционные власти страны устанавливают период ожидания до двух лет, в рамках которого дожны быть выполнены условия для достаточного финансового обеспечения, оплат медицинских и иных выплат со стороны индивида, спонсирующего восооединение семьи внутри ЕС; в третьих, законодатель устанавливает возраст 21 год против 18 в предыдущей редакции закона как критерий для воссоединения супругов и т.д.

 

Стремление к ужесточению правовых норм в рамках Европейского Союза для воссоединения семей приводит находит свое отражение и в судебной практике. Решением Европейского Суда Справедливости по делу Хасене Акрих (Hacene Akrich) , мароканца и его британской жены, была признана законность практик иммиграционных властей Соединенного королевства по оценке воссоединяемых супругов, и подчернуто, что «предшествующая оценка супругов, которые являются подданными третьей страны есть существенный элемент иммиграционной политики, не в последнюю очередь в связи с риском заключения фиктивных браков».

В решении Европейского суда по правам человека «Rodrigues da Silva und Hoogkamer vs. die Niederlande» Суд особо подчеркнул, что лишь «особые обстоятельства» позволяют индивиду аппелировать к защите в рамках ст. 8 Европейской конвенции (Право на семейную жизнь). Не следует рассматривать как нарушение прав и решение немецкого суда, которым было отказано в виде на жительство гражданкe Боснии, вышедщей замуж за своего соотечественика, более 17 лет проживающего в ФРГ, из-за незнания немецкого языка. В этом решении было установлено, что для поддержания семейной жизни заявительнице и ее мужу будет достаточно иметь контакт по телефону и/или с помощью иных почтовых средств связи. Другим решением Высшего административного Суда Германии от 30.04.2009 было отклонено разрешение на пребывние в стране по линии воссоединения с семьей в силу невыполнения требований законодательства о достаточности финансовых средств. (§ 5 Абзац 1 Пункт 1 Закона о титулах на пребывание в ФРГ) . Данные судебные решения вызвали дискуссию в научных кругах и были восприняты как случаи «внутренней дискриминации» в рамках ст. 3 Конституции Германии граждан Германии по отношению к гражданам других стран ЕС.

Здесь необходимо небольшое отсупление. Согласно новым правилам закона о Титулах в ФРГ требование знание языка является обязательным для всех, за исключением граждан ЕС и членов их семей. Суды же занимают твердую позицию, что «требования знания языка как предпосылка для воссоединения семьи к иностранцу, проживающему на территории ФРГ, и к гражданину Германии, не нарушает прав человека и общечеловеческих ценностей».

Такое видение находит свою поддержку во всех уровнях европейской вертикали власти. Как говорят политики: «Иммиграционное законодательство и практика его применения – исключительная прерогатива и зона внутренней ответственности каждого государства».

 

Kommentar schreiben

Kommentare: 0